С момента февральского переворота в Киеве прошло больше семи месяцев. Эти события уже начали забываться, заслоненные страшной реальностью установления поддержанной Западом нацистской диктатуры, гражданской войны, распада Украины, гибели тысяч людей.
В памяти большинства осталась простая схема, объясняющая причины уходящих в прошлое событий февраля 2014 года. Во всем виноват трус и подлец Янукович — не осмелившийся разогнать майдан, бросивший страну, собственное окружение и тысячи собственных защитников на произвол судьбы и бежавший куда глаза глядят. Это объяснение может войти в историю, и у многих последующих поколений сложится неправильное представление о том, что же происходило на Украине в последние дни правления Януковича. А это значит, что подобная ситуация может повториться потом неоднократно в других местах, и «уроки майдана», о которых сегодня не говорит только ленивый, ничему нас не научат.
В том, что Янукович трус, подлец и человек, совершенно не соответствовавший своей должности, мало кто сомневался задолго до его бесславного конца (к счастью для него, политического, а не физического). Вопросы, однако, заключаются в том, мог ли он разогнать майдан в феврале 2014 года, и если мог, то было ли бы от этого лучше?
На первый вопрос однозначный ответ дают сами «герои майдана», хором утверждавшие, что 18-19 февраля готовы были бежать с центральной площади столицы и не понимали, почему остановились «Беркут» и внутренние войска. То есть очистка площади проблемой не была. Второй вопрос ни у кого никогда не возникал. А зря. Если мы вспомним события тех дней (даже только те, что были известны нам из СМИ) и выстроим их в определенной последовательности, то получим парадоксальный ответ. Лучше бы не было точно, а могло бы быть и хуже.
Итак, 18 февраля начинается операция по зачистке майдана. Преодолев первоначально упорное сопротивление мятежников, пытавшихся даже с нескольких направлений атаковать позиции силовиков, «Беркут» и внутренние войска блокируют 3-5 тысяч боевиков на небольшом пространстве Крещатика между Центральным универмагом и Домом профсоюзов. Сам Дом профсоюзов к тому времени сгорает. Кажется, что до полного подавления мятежа остается не больше трех-пяти часов.
В это время силовики останавливаются. С Западной Украины начинают приходить сообщения о захвате оружейных арсеналов (это при том, что и раньше источники и во власти, и в оппозиции, и даже в иностранных посольствах давали утечки о наличии у боевиков тысяч единиц боевого стрелкового оружия, в том числе автоматического, включая пулеметы). Также становится известно, что направленные в Киев на помощь МВД подразделения трех аэромобильных бригад в течение суток так и не добрались до столицы. Эшелоны остановлены мятежниками в сотнях километров от Киева. Это первый ключевой момент.
Опустим события 19-20 числа — со всеми перестрелками, требованиями Рады вывести силы МВД из Киева, переговорами, уступками и фактической капитуляцией Януковича.
Во второй половине дня 20 февраля, а также в ночь с 20 на 21-е столицу начали неорганизованно покидать подразделения МВД и антимайдановцы. При этом выяснилось, что дороги по всей Украине уже перекрыты вооруженными блок-постами мятежников, аэропорты Киева и выезды из столицы блокированы, а безоружных лоялистов (независимо от того — силы МВД или гражданские антимайдановцы — ловят и убивают). Спастись можно было, либо пробившись силой, либо наудачу попытавшись обойти блок-посты второстепенными дорогами. На трассах из Киева на Харьков, Днепропетровск и Одессу (то есть в направлении Новороссии) стояло минимум по пять блок-постов на каждой. Некоторые второстепенные дороги также были перекрыты. Въезды и выезды из столицы заблокированы полностью. Поезда, шедшие из Киева в направлении юго-востока, «досматривались» боевиками майдана на промежуточных станциях. Люди, вызывавшие у них подозрения, высаживались из поездов и просто исчезали. Это второй ключевой момент.
В ночь на 22 февраля Янукович бежит из Киева, который уже полностью контролируется мятежниками. В Раде депутаты голосуют под дулами автоматов, а за многих отсутствующих просто голосуют их карточки. Янукович останавливается в Харькове и записывает там двусмысленное, но для него очень резкое заявление, не исключающее дальнейшего сопротивления. После чего вдруг не приходит на съезд депутатов всех уровней, который заранее готовил Добкин, с трудом вылетает в Донецк, а затем сломя голову бежит в Крым, а оттуда в Россию. Это третий ключевой момент.
Теперь разберемся по порядку. Три бригады аэромобильных войск Украины, двигавшиеся на Киев по железной дороге «не смогли» прорваться через заслоны в несколько десятков человек, выставленные майданом. Опустим вопрос, каким образом так быстро боевики сумели узнать о маршрутах движения и организовать блокаду? Интересно другое: для разблокирования путей десантникам достаточно было просто на руках отнести в сторону 10-20 человек. С этой задачей сотни десантников не справились. А может, просто не хотели?
Вспомним, что поначалу они так же «не справлялись» с прорывом безоружных пикетов восставших жителей Донбасса, но не прошло и недели, как все встало на свои места. Малая часть солдат и офицеров дезертировала, некоторые даже передали ополченцам свое оружие и бронетехнику, но большинство осталось, и, по словам самих ополченцев, именно регулярная армия, в том числе ее аэромобильные подразделения, доставили им больше всего хлопот в ходе боевых действий. Как только основные кадровые части ВСУ в августе были уничтожены, Киев сразу запросил перемирия.
Солдаты, как известно, выполняют приказы офицеров. В одном случае (при движении на Киев) офицеры явно не захотели дойти, найдя формальный повод для невыполнения приказа. В другом случае (в Новоросcии) офицеры стремились взять Славянск и Мариуполь, Горловку и Енакиево, Донецк и Луганск, несмотря на отчаянное и все усиливавшееся сопротивление ополчения. Если мы вспомним, что 23 года украинской независимости армию усиленно нацифицировали, соответствующим образом подбирая офицерский состав, что чистка, начатая Соломатиным за полгода до свержения Януковича, затронула только центральный аппарат МО и Генштаб, но и там не была доведена до конца, причем на смену нацистам в погонах приходили не антифашисты, а коммерсанты в погонах, то все встанет на свои места. 19 февраля Янукович должен был уже знать, что в лучшем случае он может рассчитывать на нейтралитет армии и то лишь потому, что она слишком слаба, неуправляема и небоеготовна для того, чтобы выступить против своего верховного главнокомандующего. То есть вооруженные силы изменили присяге еще до переворота.
Идем далее. Откровенная сдача позиций сильными гарнизонами МВД в Западной Украине и передача ими оружия боевикам должны были показать Януковичу, что на МВД тоже полностью положиться нельзя. Если есть части, сохраняющие верность и готовые противостоять мятежу, то есть и такие, которые будут вооружать мятежников, а потом и сами к ним присоединятся. Надо учитывать и то, что проведенные в начале февраля атаки мятежников на облгосадминистрации по всей стране показали, что даже в центральных областях силы МВД не будут слишком активно и долго сопротивляться. Из всех начальников УВД центральных областей активно и эффективно действовали только генерал-майор Липандин в Черкассах и генерал-лейтенант Бабенко в Днепропетровске. На Западной Украине верность присяге сохранил генерал-майор Варцаба — начальник УВД Закарпатской области. Более-менее можно было положиться на центральный аппарат МВД (и то на уровне генералов) в Киеве, а также на милицию Донецка и Луганска, в меньшей мере Харькова и Одессы. Все. Остальные, если и не планировали открыто изменять, собирались выждать, как развернутся события.
Наконец, последнее — выход на дороги страны 20-21 февраля тысяч вооруженных боевиков майдана, блокирование ими подступов к столице, атаки на органы государственной власти в Киеве и в областных центрах показывают, что бандеровское подполье по всей стране было вооружено, организовано и готово выступить по сигналу. А это невозможно без измены в СБУ. Да, руководившие Службой Калинин (февраль 2012-го – январь 2013-го) и Якименко (январь 2013-го – февраль 2014-го) хранили личную верность Януковичу. Но кадры Хорошковского-Наливайченко-Марчука, пестовавшие нацистов, начиная с 2002 года (до первого майдана), остались на своих местах и продолжили изменническую деятельность.
Наконец, вспомним, что госпогранслужба, подконтрольная клану профессиональных предателей Литвиных, изменила Януковичу и попыталась его арестовать еще во время пребывания в Харькове и Донецке. Аналогичным образом вынужден был спасаться от пограничников, прикрываясь личной охраной, генпрокурор Пшонка. То есть силовые структуры в конце февраля были поражены изменой и хоть и не готовы были полностью перейти на сторону мятежников, в значительной степени были парализованы.
Сам маршрут Януковича: Харьков-Донецк-Крым-Россия свидетельствует о том, что первоначально он планировал закрепиться на юго-востоке и попытаться задавить мятеж в столице, и лишь столкнувшись с тотальной изменой, прекратил доверять кому-либо, кроме личной охраны, и бросился в бега. При этом часть бывших министров в частных беседах утверждает, что их еще 23 февраля приглашали прибыть в Крым на заседание кабмина под председательством Януковича для организации сопротивления мятежу. Но по разным причинам подавляющее большинство «не смогло» это сделать.
Все сказанное не оправдывает Януковича. Он сосредоточил в своих руках всю полноту власти, а значит, и всю ответственность. Он отвечает не только за дворцы, которые как ненормальная строила его семья, считавшая, что власть у них в руках навечно, но и за то, что именно в период его правления неонацисты окончательно распоясались, вышли на улицы и за три-четыре года до мятежа уже безнаказанно нападали на своих политических противников, калечили и убивали активистов, а милиция и СБУ боролись с «пророссийским активом», которого за 23 года и так почти не осталось. Януковича предупреждали, что он растит своих могильщиков.
Глупый, жадный, неадекватный человек, смешно гордившийся тем, что он (мальчик из трущоб) стал президентом и самым богатым человеком Украины, не реагировал. Ему казалось, что он самый умный. Бывший православный, он перестал слушать даже собственных духовных наставников и, решив, что Церковь должна служить ему, а не Богу, поддержал нацистски-автокефалистское крыло в УПЦ Московского патриархата, ослабив и эту свою опору. Янукович срубил даже не сук, на котором сидел — целое дерево.
Но дело не в Януковиче. Давайте представим себе, что в таких условиях, когда нацистское бандеровское подполье было готово к мятежу и началу гражданской войны и кампании террора по всей стране, когда силовые структуры были парализованы, а некоторые полностью контролировались изменниками, когда люди, находившиеся у власти, в принципе, не понимали, что происходит в стране, и в силу низкого интеллекта не способны были понять опасность и адекватно на нее реагировать, когда, наконец, мятежников безоговорочно поддерживал Запад, Янукович решился завершить разгон майдана в ночь с 18 на 19 февраля.
Не было ни одного шанса на то, что бандеровское подполье смирилось бы и затаилось. Во-первых, не для того его выращивал Запад, а во-вторых, оно слишком засветилось, на его совести уже были десятки трупов и остановиться оно уже не могло. Всем им грозила тюрьма — от лидеров до простых боевиков из галицийских маргиналов.
Очевидно, что они готовились. Очевидно, что разгон майдана стал бы сигналом к вооруженному мятежу по всей стране. Очевидно, что они бы развернули кампанию террора, то есть начали бы вырезать пророссийских активистов по спискам. Очевидно, что парализованные изменой силовики не смогли бы им помешать.
Таким образом, резня, которая прошла в формате light в первые часы после захвата власти и которая еще может случиться в ближайшие месяцы уже в более масштабном формате, началась бы еще в феврале по всей стране, гражданская война охватила бы все области. При этом в более монолитной Западной Украине просто вырезали бы русских, а в Центральной и Восточной Украине развернулись бы полномасштабные боевые действия. И никто бы не успел убежать и организовать сопротивление. И основания для гуманитарной интервенции Запада лежали бы на поверхности — «преступный режим» вверг страну в кровавый хаос.
Я не думаю, что даже в таком случае бандеровцы смогли бы победить, но боюсь, что потери среди пророссийского актива на Украине в таком случае были бы катастрофичны, потери среди мирных граждан на порядок превысили бы имеющиеся, а в разного рода батальонах, бригадах и самооборонах уже бы сражалось друг с другом не сто тысяч граждан Украины, а свыше миллиона.
Возможность разогнать майдан и задавить гидру фашизма на Украине у Януковича была до середины декабря. С каждым днем она уменьшалась, но существовала. Решительные последовательные действия, силовая зачистка центра столицы, интернирование политиков, принявших участие в мятеже и суд над ними, аресты боевиков (с уничтожением оказывающих вооруженное сопротивление) и параллельная чистка силовых структур, МИДа, кабмина и АП от изменников. Готовность к силовому подавлению попыток мятежа в Галиции (в худшем случае — к признанию ее независимости). Комплексные меры такого рода могли увенчаться успехом до 10-20 декабря 2013 года. Потом в игру активно вступил Запад, убедившийся, что Янукович будет отступать под давлением, и стало слишком поздно.
Таким образом, история правления и падения Януковича, во-первых, учит нас тому, что слабый и неадекватный политик не может выиграть, в принципе, что бы он ни делал. Неадекватное восприятие действительности вызывает серию ошибочных решений, лишь приближающих поражение. А слабость характера не позволяет вовремя отдать единственно верный приказ — о силовой зачистке (комплексной, включая СМИ, а не только маргиналов майдана дубинками ОМОНа). Во-вторых, никто не отменял роли пушек в истории, и какие бы хитрые технологии не использовались для раскрутки майданов и для их рассасывания, готовность власти применить свою монополию на силу, водометы и пулеметы за спинами политтехнологов и балистические ракеты за спинами дипломатов убеждает лучше самых неопровержимых аргументов.
Готовность умереть за идеалы революции (когда ее победа еще не гарантирована), как правило, возникает у революционеров, когда они уверены, что не просто не придется умирать, не только не последует наказания, но, наоборот — похвалят, распиарят и денег дадут.
В-третьих, если вам грозит майдан, то нельзя церемониться с пятой колонной, нельзя терпеть измену во власти и рассчитывать на то, что оставленные без контроля маргинальные структуры формально аполитичных хулиганов (вроде футбольных фанатов) сохранят нейтралитет. Им действительно все равно, с кем драться. Но если вы не убедите их драться на вашей стороне, они будут драться против вас.
В-четвертых, реакция на угрозу майдана должна быть молниеносной. Чем больше власть цацкается с фашистами и коллаборантами, чем дольше тянутся переговоры, тем глубже в тему влезает Запад, а один раз зайдя, он никогда уже просто так не уходит. И упаси Бог идти на какие бы то ни было малейшие уступки. Даже простое согласие «выслушать требования народа» воспринимается мятежниками как слабость, любая уступка — как готовность к капитуляции. В результате требования растут, давление на политическую и силовую вертикаль усиливается. Общество все более дезориентируется, а силы, охраняющие власть, не получая четких приказов, деморализуются.
В таких условиях две недели, максимум месяц — и власть уже обречена. Она еще может казаться сильной и непобедимой, но червоточина уже появилась, она уже гниет изнутри, гангрена пожирает ее с бешеной скоростью и в одну страшную ночь власть внезапно исчезает, растворяется во времени и пространстве, а страна оказывается в руках нацистов и бандитов.
